Авторская песня, или бардовская музыка — песенный жанр, возникший в середине XX века в разных странах. Его отличительными особенностями является совмещение в одном лице автора музыки, текста и исполнителя, гитарное сопровождение, приоритет значимости текста перед музыкой.

   Предшественником авторской песни можно считать городской романс и песенные миниатюры А. Вертинского.

   Поначалу основу жанра составляли студенческие и туристские песни, отличавшиеся от «официальных» живым, неформальным подходом к теме. Отдельные произведения жанра появились ещё в 1930-х (сочинённые П. Коганом и Г. Лепским романтические песни, самой известной из которых стала «Бригантина», а также ранние песни М. Анчарова). В довоенной Москве стали популярны песни геолога Николая Власова (1914—1957) — «Студенческая прощальная» («Ты уедешь к северным оленям, в дальний Туркестан уеду я…») и другие. Собственно, Власов и положил начало туристической песне. Особая судьба у песен Евгения Аграновича, который начал сочинять песни с 1938 года.

   Чаще всего (хотя и не всегда) исполнители песен этого жанра являются одновременно авторами и стихов, и музыки — отсюда и название.

  В начале 1950-х мощный пласт авторских песен появился в студенческой среде, в частности, на биологическом факультете МГУ (известнейшими авторами этой плеяды стали Г. Шангин-Березовский, Д. Сухарев, Л. Розанова) и в Педагогическом институте им. Ленина (Ю. Визбор, Ю. Ким, А. Якушева). Широкую популярность приобрела авторская песня в середине 1950-х, с появлением магнитофона. В это время начали систематически сочинять песни Б. Окуджава, Н. Матвеева и А. Дулов.

   Позднее, в 1960-х — 80-х, классиками жанра стали Владимир Высоцкий, Александр Галич, Владимир Туриянский, Виктор Берковский, Сергей Никитин, Александр Городницкий, Александр Лобановский, Арон Крупп, Евгений Клячкин, Юрий Кукин, Александр Мирзаян, Владимир Бережков, Вера Матвеева, Виктор Луферов, Александр Ткачёв, Пётр Старчик, Александр Суханов, Вероника Долина, Александр Дольский, Леонид Семаков, в 80-х и 90-х к ним добавились Михаил Щербаков, Любовь Захарченко и творческий дуэт Алексея Иващенко и Георгия Васильева («Иваси»).

   Авторская песня была одной из форм самовыражения «шестидесятников».

   В развитии авторской песни можно выделить несколько этапов.

  Первый этап — романтический, лидером которого стал Б. Окуджава, продолжался примерно до середины 1960-х гг. Главной сферой реализации романтического начала была «песня странствий» с центральными для неё образами дружбы (друга) и дороги как «линии жизни» — пути в неизведанное и пути к самопознанию. На этом этапе авторская песня практически не выходила за пределы породившей её среды, распространяясь «от компании к компании» изустно или в магнитофонных записях. Публично она исполнялась крайне редко и, опять-таки, почти исключительно «в своем кругу» — в самодеятельных студенческих «обозрениях», «капустниках» творческой интеллигенции и т. п., а также на туристических слётах, которые постепенно превратились в фестивали авторской песни. На этом этапе власти почти не обращали на авторскую песню внимания, считая безобидным проявлением самодеятельного творчества, элементом интеллигентского быта.

   Особняком, однако, стояли горькие и сатирические песни А. Галича, который уже в начале 60-х гг. («Старательский вальсок», «Спрашивайте, мальчики», «За семью заборами», «Красный треугольник» и др.) обратился к резкой критике существующего строя с неслыханной для того времени смелостью и откровенностью.

   С середины 60-х гг. к иронической, а позднее и к откровенно сатирической трактовке окружающей жизни обратился и Ю. Ким («Разговор двух стукачей», «Два подражания Галичу», «Моя матушка Россия» и др.). Ряд песен А. Галича («Мы не хуже Горация», «Я выбираю свободу») и Ю.Кима («Подражание Высоцкому», «Адвокатский вальс») были прямо посвящены советским диссидентам.

   Эстетика «песни протеста» была продолжена В. Высоцким. Он расширил интонационные приёмы (так, его интонационная находка — распевание согласных) и лексику песни, включив в неё обширный пласт сниженной лексики.

   Важное место в творчестве многих бардов занимала тема Великой Отечественной войны. При этом, в отличие от героического пафоса песен «официальной культуры», в авторской песне на первое место выходил «человеческий аспект» войны, причинённые ей страдания, её античеловечность («До свидания, мальчики!» Б. Окуджавы, «Баллада о вечном огне» А. Галича, «Так случилось, мужчины ушли» В. Высоцкого и многие другие песни).

   Видя силу воздействия такой авторской песни, власти перешли к её преследованию. Перед поэтами-певцами наглухо закрылись двери концертных организаций (в 1981 году после XXV Московского слёта КСП[1] по линии ВЦСПС было разослано в регионы письмо, запрещающее предоставление любых площадок для сценических выступлений Юлию Киму, Александру Мирзаяну и Александру Ткачёву), издательств, радио- и телестудий, их изгоняли из творческих союзов, выталкивали в эмиграцию (А. Галич), всячески поносили в печати и т. д. В то же время, благодаря «магнитиздату», её знали, пели, слушали, переписывали друг у друга.

   Власти попытались овладеть авторской песней изнутри, взяв под «крышу» комсомола стихийно возникавшие повсюду «клубы самодеятельной (первоначально — студенческой) песни» (КСП). Но это удавалось им не слишком хорошо.

   Повзрослевшие «барды» - основатели жанра продолжали разрабатывать лирическую линию, но в ней все отчетливее звучали ностальгия по прошлому, горечь потерь и предательств, стремление сохранить себя, свои идеалы, редеющий дружеский круг, тревога перед будущим — настроения, суммированные в чеканной строчке Б. Окуджавы: «Возьмёмся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке». Эта лирико-романтическая линия была продолжена в творчестве С. Никитина, А. Дольского, В. Долиной, а также бард-рокеров (А. Макаревич, Б. Гребенщиков)

  С начала 1990-х гг. развитие авторской песни перешло в спокойное русло. Растёт число «поющих поэтов» и их исполнительское мастерство, количество их профессиональных организаций, концертов, фестивалей, продаваемых кассет и дисков; оформляется даже своеобразная «классика» авторской песни (популярные альбомы «Песни нашего века»). Появляются посвящённые авторской песне передачи на радио и телевидении: например, Михаил Кочетков организовал и вёл телепередачу об авторской песне «Домашний концерт» на телеканале РЕН ТВ, a с декабря 1995 года на коммерческом телеканале «Телеэкспо» он вёл в прямом эфире песенную передачу с участием бардов «Гнездо глухаря» — проект, выросший впоследствии в известное московское бард-кафе с тем же названием. Концерты авторской песни и интервью с авторами-исполнителями периодически транслирует телеканал «Культура», на радио «Эхо Москвы» существует еженедельный концерт авторской песни по заявкам, который ведёт Нателла Болтянская.

   История в других странах

   Авторская песня не является феноменом лишь русской культуры. Это явление возникло в 1960-е годы одновременно в разных странах. Везде авторы-исполнители (Liedermacher — в ГДР и ФРГ, cantautor — в Италии и Латинской Америке, auteur-compositeur-interprète — во Франции, singer-songwriter — в США) пели песни собственного сочинения под гитару. Везде такие поэты с гитарами были глубоко связаны с местной традицией, но при этом повсюду их песни содержали критику общества и государства — неважно социалистического или капиталистического, представляли собой эксперимент с разными жанрами и обладали колоссальной способностью создавать альтернативные аудитории (прежде всего молодежные).

  Творчество Эдварда Стахуры и Яцека Качмарского в Польше, Карела Крыла в Чехословакии, Вольфа Бирмана в ГДР и Франца-Йозеф Дегенхардта в ФРГ, Жоржа Брассенса во Франции, Луиджи Тенко и Фабрицио Де Андре в Италии, Виктора Хары в Чили, Фила Оукса, Пита Сигера, Тома Пакстона и Боба Дилана в США способствовало формированию в этих странах критически настроенной и демократически организованной публики, воспринявшей ритуалы авторского исполнения, коллективного слушания магнитофонных записей и самостоятельного, любительского пения в компаниях. Также простые, но эмоциональные мелодии, припевы были стимулом к совместному пению на концертах, к этому призывали сами исполнители.

   На Кубе песни Карлоса Пуэблы и Компая Сегнундо по своему жанру были похожи на авторскую песню в других странах, однако важным отличием было то, что эти исполнители были официально признаны режимом Фиделя Кастро, который использовал их для увеличения своей популярности как на самой Кубе, так и за рубежом.

  В странах «социалистического лагеря» в результате цензурной политики властей распространение авторской песни приняло форму полуофициальных фестивалей и встреч, концертов на частных квартирах, домашних магнитофонных записей, которые распространялись бесплатно среди друзей и знакомых или покупались на «черном рынке». За пределами «социалистического лагеря» концерты и звукозаписи авторской песни были вполне легальными, но всё же связь между авторской песней и музыкальной индустрией никогда не была сколько-нибудь прочной, а «заградительная политика» теле- и радиокомпаний в США, ФРГ, Италии и Франции, долго не желавших предоставлять эфир авторской песне с её порой острой и непредсказуемой социальной критикой и рискованным, карнавальным юмором, также придавала ей в этих странах определенную ауру «нелегальности». В Чили же после военного переворота 1973 года все публичные исполнения nueva cancion сначала находились под строжайшим запретом, а почти все известные «поэты с гитарой» были вынуждены покинуть страну, самый знаменитый из них, Виктор Хара, был убит почти сразу после захвата власти военными. Лишь после 1975 года nueva cancion вышли из глубокого подполья, но и тогда их авторы были вынуждены использовать эзопов язык.

   Ни аудитория «поэтов с гитарой», ни их коллеги не приветствовали их профессионализацию и их сближение с миром поп-музыки. Первое публичное выступление Боба Дилана с электрогитарой на фестивале в Ньюпорте в 1965 году стало нарушением этого табу и было встречено публикой оглушительным свистом.

   Чёткой и единой терминологической системы, связанной с песенными жанрами, до сих пор не существует. Иногда термины «авторская песня» и «бардовская песня» употребляют как синонимы. Но, например, Владимир Высоцкий категорически не любил, чтобы его называли «бардом» или «менестрелем».

   В 1950-х и начале 1960-х годов наиболее употребителен по отношению к жанру был термин «самодеятельная песня» — его, в частности, применяли и сами авторы. Отсюда аббревиатура клубов самодеятельной песни, пропагандировавших этот жанр – КСП.

   В настоящее время жанр Авторской песни никак уже нельзя назвать «самодеятельностью». Авторы-исполнители собирают своих поклонников в тысячных залах и радуют их великолепным профессиональным исполнением, значительно превосходящим современную эстраду по части поэтического содержания песен.

   (материал из Википедии)

 

Яндекс.Метрика
www.copyright.ru Яндекс.Метрика